Михаил Чипурин: "Нам нужно кормить семьи"

24.03.2013 Михаил Чипурин – человек отважный не только на площадке, но и вне её. Авторитетов не стесняется, за словом в карман не лезет. Не случайно первым среди гандболистов «Чеховских медведей» заговорил о сложившейся ситуации именно линейный сборной России.

А ситуация вот какая: «Медведям» задерживают зарплату уже три месяца. Понятно, что в Московской области нынче порядки меняются, но интересно, причём тут лучшая гандбольная команда страны? Которая, кстати, отчаянно бьётся сейчас в Лиге чемпионов – и в первом матче с грозным немецким «Килем», де-юре (а возможно – и де-факто) лучшим клубом Европы, победила с разницей в 2 мяча (37:35).

- Миш, готовы громыхнуть сенсацией на всю Европу – и пройти в четвертьфинал, одолев «Киль» по сумме двух матчей?
- Всегда готовы! Становиться авторами сенсаций приятно – если это, конечно, не сенсация со знаком «минус». Понятно, что в ответной игре в Германии в воскресенье, 24 марта, будет очень тяжело. Команда «Киль» – действительно сейчас лучшая в Европе. 2 раза за последние 3 сезона Лигу чемпионов выигрывала! Но будем верить в свои силы и надеяться на лучшее.

- А за счёт чего удалось победить немцев в первой игре?
- В первую очередь – за счёт дисциплины. И самоотдачи. И там, в Киле, мы тоже можем предъявить эти козыри.

- Ещё один ваш козырь – словацкий вратарь Рихард Штохль, сыгравший в Чехове здорово…
- Помощь словацкого голкипера, конечно, была нелишней. А вообще команда у нас хорошая и дружная – так что не стал бы кого-либо выделять...

- Дружной команде не мешает то, что зарплату уже несколько месяцев вам, по слухам, задерживают? Или гоните мысли об этом прочь?
- Мысли эти, разумеется, не прогонишь никуда. Потому что всем нам надо кормить детей. Готов официально подтвердить: три месяца уже у нас перебои с деньгами. Пока на зубах держимся.

- Как, скорее всего, разрешится эта ситуация?
- Верим в то, что к нам отнесутся нормально и профессионально. Так же, как мы относимся к своим обязанностям.

- Когда в последний раз вам задерживали зарплату?
- Наверное, такого лет 10 не было. В своё время, помню, приходилось даже в качестве таксиста по ночам подрабатывать.

- А сейчас не боитесь, что «бомбить» придётся, чтобы семью прокормить?
- Надеюсь, что до этого не дойдёт. Скорее, если ситуация не изменится, начнём принимать предложения из-за границы, которые у многих имеются. Но почти все мы – игроки сборной. И тогда, боюсь гандбола в России практически не останется.

- К тому же, слышали мы, раньше из зарубежных клубов наших гандболистов в сборную порой просто не отпускали…
- Есть ли такая опасность сейчас? Конечно! Кто платит деньги – тот и музыку заказывает, правда же? Захочет клубный босс не отпустить – и не отпустит. Травм испугается, например. Или другие цели преследовать будет…

- Кстати, о семье. У вас ведь двое детей, верно?
- Да, старшая — Варя, и младший сынишка — Тимофей. Варя раньше занималась горными лыжами, а теперь танцами и волейболом. Этому мы сейчас посвящаем все свободное время.

- Ого! Значит, в семье растёт ещё одна спортсменка.
- Мы пока не знаем, насколько это будет серьёзно в будущем, она пока маловата.

- У тебя достаточно жесткий характер, по крайней мере, на паркете. В отца? Он ведь у тебя серьёзным человеком в милиции был, там жёсткие и волевые люди, по идее, работают.
- Ну это было давно, сейчас уже на пенсии. Но не могу сказать, что я копия отца. Что-то от папы, что-то от мамы... Собирательный такой образ получился.

- А что касается воспитания, что главное заложил в тебя отец?
- Нас больше мать воспитывала, отец всё время был на работе. А с 12 лет я уже практически самостоятельную жизнь вёл, всё время на сборах. Но у него я научился доводить дело до конца, а ещё он научил тому, что если ты что-то обещаешь кому-то, то уж будь любезен — выполни. Также от отца у меня упёртость, вот это точно могу сказать. А еще я верю, что всё плохое, что ты когда-то сделал людям, к тебе обязательно вернётся. Вот, например, ногу я сломал и не попал на Олимпиаду в Пекине. И думал тогда, за что? А может, это было не наказание, а расплата за какие-то будущие жизненные бонусы — не знаю.

- Это была случайность?
- Это было последствие незалеченной травмы, о которой я и не знал. С медициной у нас дела обстоят не очень хорошо, к сожалению. Нога болела, но болит, в принципе, всегда что-нибудь. Я ударился сильно надкостницей и с неделю больно было ходить. Потому вроде как затянулось, я и внимания перестал обращать. А потом оказалось, что там была трещина и уже образовалась костная мозоль.

- Вас что, после матчей не осматривают? Трещину обнаружить же элементарно!
- Спрашивают: ты как? И если каких-то сильных болевых ощущений нет, то и езжай себе с миром домой. И так в любом почти виде спорта у нас. В футболе и хоккее, может быть, при любом дискомфорте тебя везут на консилиум. Но не у нас. Играешь, пока на ногах передвигаешься...

- А есть у тебя мысли, что нужно сделать?
- Здесь мы снова возвращаемся к денежным вопросам. Без нормального финансирования ничего не сделаешь. Сейчас люди не будут играть на голом энтузиазме, как раньше. В гандболе и так всегда платили не так много, как в футболе, например. Даже в «Чеховских медведях». А сейчас и вовсе беда!

mk.ru